«

»

Cвятой праведный Иоанн Кронштадтский

Память 20 декабря по ст.ст. / 2 января по н.ст.

 

prav_ioann_kron

Протоиерей Александр Зелененко

Условия жизни и служения праведного Иоанна Кронштадтского

Он был рядовым «белым», то есть женатым, приходским священником, выходцем из простой бедной семьи провинциального дьячка из архангельской глубинки. Ровно 53 года отец Иоанн прослужил в Андреевском соборе небольшого морского города Кронштадта, расположенного в отдалении от тогдашней столицы России – Санкт-Петербурга и не имевшего ничего общего с оживленной общественной атмосферой и парадным лоском внешнего бытия.

Известно, что в Кронштадт власти отсылали нежелательные для себя «элементы»: воров, убийц, пьяниц, бродяг, попрошаек. Чернорабочие в Кронштадтском порту и их семьи жили, как правило, в тяжелых условиях, но именно здесь, среди тьмы и нищеты, в эпицентре человеческих страданий, и суждено было зажечься величайшему светильнику русской святости.

В мир пришел человек, который стал жить и служить в евангельском духе, служить как проповедник покаяния, как «воскреситель веры» в народе, а для юношества – как школьный законоучитель, духовный наставник и любящий отец. И все это вопреки основным установкам своего времени, когда в мире христианская вера и любовь заметно оскудели и их потеснили совсем другие «ценности»: деньги, власть, прагматический расчет – культ земного благоденствия.

Однако там, где распространялось неверие, отец Иоанн вселял в сердца свет веры; туда, где царил эгоизм, он отдавал последнее, оставаясь нередко буквально босым и раздетым; там, где в норму вошло холодное равнодушие и мелкие себялюбивые интересы, он проявлял горячую, искреннюю любовь, жертвенность и сострадание. «Батюшка Иоанн зажег священный огонь в тысячах душ, он спас от отчаяния тысячи опустошенных сердец, возвратил Богу и в ограду Церкви тысячи гибнущих чад. Он увлек на служение пастырское столько выдающихся людей, которые именно в личности отца Иоанна успели увидеть, оценить и полюбить до самозабвения красоту священства»[1].

В произведениях батюшки Иоанна и в воспоминаниях о нем его современников нет стройной педагогической системы и методики преподавания Закона Божия, но его личный пример, нравственные качества, поучения, беседы и наставления, касающиеся воспитания и обучения детей, воспоминания об этих уроках учеников позволяют нам не только ознакомиться с его законоучительством, педагогическими воззрениями, принципами воспитания, обучения, но и воспринять их как заветы современным пастырям, родителям и педагогам.

Жизнь во Христе как спасительный христоцентризм

Эпицентром жизни отца Иоанна был Христос и пламенная любовь к Нему, вечно живому: «Тобою, Господи, живу, Тобою дышу, вижу, слышу, осязаю, обоняю. Тобою мыслю, чувствую, воображаю, радуюсь, памятую, упокоиваюсь, каюсь, очищаюсь, укрепляюсь, исцеляюсь, просвещаюсь, избавляюсь от врагов, видимых и невидимых, торжествую победы над страстями льстивыми и губительными. Тобою и Тебя исповедаю, прославляю, благодарю, люблю… С Тобою умру и с Тобою уповаю воскреснуть от мертвых и жить с Тобою и в Тебе во веки бесконечные»[5]. «Без Христа суетно все образование», – утверждает праведный Иоанн Кронштадтский[6]. В основе всякого человеческого учения и дела должно быть евангельское учение Христа, которое проливает свет Божественной Истины на все человеческие дела, пути и творчество. Без Меня не можете творить ничего (Ин. 15: 5), – эти слова Божии отражают абсолютный духовный закон жизни и творения добра.

Детская душа – это живая Божия красота

Любовь к детям отец Иоанн считал основой для деятельности педагога, основой, которая очень часто отвергалась и отвергается в современных так называемых технологиях светской педагогической науки и деятельности. Известны такие его слова, обращенные к ученикам гимназии, где он преподавал: «Вы дети мои, ибо я родил и рождаю вас благовествованием о Христе Иисусе. Духовная кровь моя – наставления мои – текут в жилах ваших. Вы дети мои, потому что я имею вас всегда в сердце своем и молюсь за вас. Вы дети мои, потому что вы духовные чада мои. Вы дети мои, потому что я действительно, как священник, отец и вы называете меня батюшкою»[7].

В отце Иоанне жила какая-то неземная, ангелоподобная любовь к детям, которая вдохновляла его и двигала весь учебно-воспитательный процесс. То был особый благодатный Божий дар, взгретый им настолько, что и в последующие годы, уже оставив учительскую деятельность, он часто исцелял больных деток силой своей любви и молитвой, непрестанно благословляя и наставляя их в вере. Как часто он плакал над больными детьми, особенно если они были больны духовно! Один раз с великой скорбью и состраданием он ласкал душевнобольного мальчика, а однажды в госпитале бросился целовать тяжелобольную девочку, стоя на коленях перед ее кроватью. «Милое дитя, тебе не больно? Страдалица ты моя!» – причитал батюшка[8].

Строгость отца Иоанна

Тем не менее бывал батюшка иногда и резким. Так, одного 16-летнего мальчика, крайне ленивого и нравственно испорченного, при всем классе усомнившегося в Божестве Святого Духа, отец Иоанн назвал безбожником и изувером, но ответил на его дерзкий вопрос, затем вызвал на отдельную беседу, после которой мальчик почувствовал себя обновленным и укрепленным духом.

Помнят случай, когда одна барыня жаловалась дорогому батюшке на упадок в религиозно-нравственном воспитании своих детей: «Учителя их, – говорила барыня, – учили всему, что надо, чтобы на экзаменах могли отвечать и быть умными». «Скажи лучше: не учили, а долбили», – поправил ее батюшка. «Долбежка духовной науки, – говорит (отец Иоанн. – Ред.), – у них с тем же чувством шла, с каким они выучивали арифметику и все прочее. Ну а ты-то за сердцами их ухаживала ли? Направляла их так, чтобы они, помимо людского одобрения, еще и Божиего одобрения достигали?» «Внушала по силе, – отвечала барыня, – да ведь в сердце своего ребенка двери не найдешь». «Не нашла в их сердца дверей, так вот и получай вместо людей – зверей», – ответил ей батюшка. «Забыла, – говорит (отец Иоанн. – Ред.), – ты, что пример роду человеческому показан Господом на птичьем роде. У птиц родится сперва яйцо, ежели это яйцо не пробудет положенное время в материнском тепле, то оно так и останется только бездушной вещью. Так и у людей. Рожденный ребенок что яйцо: с зародышем, – говорит, – к жизни земной, но бездушен к процветанию во Христе. Которого ребенка не прогрели родители и ближние до корня души, до корней всех чувств его, тот так и останется мертв духом для Бога и добрых дел. Из таких-то вот не прогретых любовью и духовным уходом ребят и происходят в мире те самые поколения, из которых князь мира сего вербует свои полки против Бога и святой Церкви Его»[9].

Протоиерей Александр Зелененко

Полный текст: Портал Сретенского монастыря Православие.ру